15 апреля . Нюра не ночевала дома и пришла в три. Выглядит ужасно: с черными мешками под глазами, измученная . Я смотрю на нее и думаю: что делать? Попробовать опять поговорить с ней? Но сколько можно разговаривать? Она ведь меня не слышит. Никто меня не слышит, кроме Троля . Иногда приходит в голову, что, не будь на свете Троля , я была бы ничем не связана. А так — нельзя, он без меня погибнет. Зимой — никогда не забуду — я шла по Смоленской и увидела такое, от чего во мне кровь остановилась: свора собак, совершенно одичавших, загнала под машину кошку. Окружили эту машину и сидят. Ждут, пока кошка не выдержит. Минут через пятнадцать кошка выползла, наверное, очень старая, больная, ей уже было все равно. Собаки набросились на нее и разорвали. Люди, которые шли мимо, все отвернулись, никто даже не приостановился, кроме меня . Троль — мое счастье, мое тепло. Как он вылизывает мне лицо, и руки, и мои старые ноги, ужасные, старые ноги в тапках!
