«– Стой! Ружья в козлы! Вольно! Короткий отрывистый звук трубы последовал за этой звучной командой полковника. Две тысячи зуавов, идущих сомкнутыми колоннами, останавливаются вдруг, как один человек. Ряды расстраиваются. Всюду мелькают широкие сборчатые шальвары и белые гетры. Потом лязг металла – и штыки отомкнуты…»
