Рудольф Нуреев (Нуриев) в представлении не нуждается. Это один из самых блистательных танцовщиков XX века, человек, чья жизнь была одним божественным па, звезда, оставившая после себя неисчезающий след. Рудольф Нуреев - скандальный персонаж светских хроник, бонвиван и любитель ночных клубов, игрок и сибарит. Рудольф Нуреев - трудный, нервный, капризный, раздражительный, нетерпимый, одинокий и ранимый. Впервые я встретил Рудольфа Нуреева в 1983 году на первом своем международном конкурсе в Париже, после завершения третьего тура. Он пришел к нам за кулисы и поздравил меня с победой. В то время он был уже легендой. Мне было тогда 20 лет, и это было потрясающее ощущение – увидеть живого Нуреева! Вечером был прекрасный ужин для участников конкурса на Елисейских Полях. Почти все победители были русскими и сидели за отдельным – «призовым» – столом, он подсел к нам. Состоялась долгая беседа, Нуреев много рассказывал, иногда спрашивал… и спустя два месяца в Кировском театре появился журнал «Сезон де ля данс», где на обложке была огромная фотография Рудольфа в окружении нас – русских танцовщиков, сделанная там, на этой встрече. Напомню, что в те времена Нуреев считался диссидентом, общаться с ним было категорически запрещено – негласно, естественно… После появления в России и в театре этого журнала я не ездил четыре года никуда… Последняя встреча с Нуреевым произошла в Канаде, на гала-концерте «Дар звезд». В театре, где мы должны были выступать, он накануне играл роль в спектакле «King and I». Я пришел в этот день к артистическому входу и передал для него записку с просьбой, чтобы он оставил билеты для русских артистов на вечерний спектакль. И он оставил, и мы пришли. Название книги очень точное. Я считаю Рудольфа Нуреева величайшим, непревзойденным танцовщиком, из когда-либо вообще существовавших. Он не танцовщик XX или XXI века – он единственный на все времена. Он очень много сделал для развития мужского танца на Западе. Когда Рудольф остался во Франции, танец в Европе пошел по другой колее, в подражание Нурееву. Это был человек, бесконечно преданный своему делу, бесконечно обожествлявший балет. Для меня его личность всегда являлась примером, и я считаю, что он был и остается безусловным лидером в мужском танце.
