Если бы мне кто-нибудь однажды сказал, что я окажусь внутри чёртовой трагедии Уильяма Шекспира, я бы над ним громко и от души поржал. Вот только, реально примерив на себя роль тщедушного Ромео, ржать совсем не тянуло. Ведь моя пара – не просто дочь моего врага. Аделия Вега – дочь оборотня, которого я убил…
