Почему Эдгара Уоллеса называют королем триллера? Ответ на этот вопрос лежит на поверхности. Он научил писателей XX века создавать увлекательные истории. Неужели? Сюжеты Эдгара Уоллеса настолько невероятны своими поворотами собственно сюжетной линии, что читатель в какой-то момент оказывается загипнотизирован беспокойством. Он начинает елозить в кресле и спрашивает себя, а что же будет дальше, он постепенно утрачивает над собой контроль и словно ходячий, точнее читающий мертвец блуждает по лабиринтам безумного сюжета, выстроенного автором. Лабиринты своих романов Уоллес собирал, словно из деталей детского конструктора, поэтому вы всегда встретите героя, который непременно победит в конце, героиню, которая будет спасена от чего-то худшего, чем просто смерть, злодеев разных мастей, но тоже поддающихся классификации... Метод построения сюжета у Эдгара Уоллеса как и многое гениальные идеи - очень прост. В начале писатель всегда предлагает завязку интриги, которая решится лишь в конце в ходе длинного и нудного объяснения. Такими были большинство сенсационных романов, лучшие представители жанра господствовавшего в XIX веке. Уоллес, осознавал, что читателям XX века, по крайней мере большинству, стало скучно читать длиннющий роман, в котором только одна интрига. Сказать по правде, литературное мастерство самого Уоллеса не позволило бы ему создавать бесчисленные описания поместий, персонажей и ощущений. Его литературный талант, в лучшие годы выпестован в журналистике, был очень ограничен. Здесь требовалось создавать небольшие увлекательные истории, способные поместиться на полосу газеты. Эдгар Уоллес был другим человеком - быстрым и самоуверенным. Его сильной стороной было умение создавать малые формы, а потому он придумал очень хитрый ход. Сюжет его романа представлял собой как я и сказал одну интригу, здесь он унаследовал привычные для читателей формы литературного произведения. Но внутри роман состоял из эпизодов, глав, частей, каждая из которых имела свою собственную интригу, т.е. зачин, развитие и развязку в конце эпизода. Но если бы мы принялись читать подобный роман, он был бы слишком похож на сборник приключенческих историй, а потому хитрый писатель помещал зачин следующего эпизода перед развязкой предыдущего. Получалось очень тесно сплетенная конструкция, не успевал герой разобраться с одной ситуацией, как уже с головой погружался в следующую. А наивными его романы нам кажутся только потому, что его сюжеты, его идеи и открытия использовались в XX веке такое количество раз, что кажутся нам избитыми, зажеванными и вторичными. Эффект от романа был такой, что десятки, если не сотни писателей бросились рассказывать истории о благородных мстителях, частных детективах, которые заместили собой правоохранительные и судебные органы. Тысячи писателей стали использовать прием, где внутри одной большой интриги, было несколько небольших сюжетных линий, сплетенных в единое повествование. Все авторы классических детективов признавали, насколько сильным было влияние романов Эдгара Уоллеса, как он захватил внимание читателей и приучил их к чтению популярной литературы. Наконец, сам Артур Конан Дойл рассчитывал найти в лице Эдгара Уоллеса литературного наследника.
