Я приехала в дом, в котором выросла. Долго пыталась открыть дверь, ковыряясь ключами в дверных замках. «А вы кто?» – спросила у меня соседка, выносившая ведро. «Я здесь живу. Жила», – ответила я. «С кем ты разговариваешь?» – выглянула из-за двери пожилая женщина и тяжело поднялась на пролет. «Ты Маша? Дочка Ольги?» – спросила она меня. Я кивнула. Здесь меня узнают всегда, сколько бы лет ни прошло. Соседи. Они напомнят тебе то, что ты давно забыл. Маша Трауб В таком доме, где слышен каждый звук, невозможно что-либо скрыть. Собственно, герои Трауб ничего скрывать друг от друга и не пытаются — они живут своеобразной коммуной: все друг про друга знают, вместе отмечают праздники, дружат семьями и даже если осуждают кого-то, то тоже — вместе, коллективно. В жизни героев романа, как и в реальной жизни каждого из нас смешное и грустное неразрывно переплетены. В «Замочной скважине» Трауб в полной мере использует свой «фирменный» прием — бросать читателя из огня да в полымя, не давая ни на минуту расслабиться, не позволяя отложить книгу, пока не узнал, что произошло дальше. И надо сказать, оторваться от «Замочной скважины», не перелистнув последнюю страницу, невозможно. Загляните в замочную скважину — и вы поймете, что это книга о вас.
